зима

Прочитано в 2016-м. Продолжение



Начало здесь

Александра Ус
Василинка из Царской Ветки
За лесом берёзовая роща




Две повести в одной книжке. Перевод с белорусского. Про детство в годы гражданской войны. То ещё детство. Родная мамаша отправляет девочку батрачить то у одних соседей, то у других. Вместо школы, естественно. Злость, жестокость, нищета, холод и голод, ну и немножко наивной веры непонятно во что. Оценка 8 из 10.

[цитаты]Мама не запрещает Митьке ловить птиц. Надо ж малышу чем-нибудь заняться. В школу не ходит, потому что далеко она, версты за четыре, по глубокому снегу не пройдешь. Да и одеть и обуть нечего. Книжек не только в их доме, но и по всей деревне не сыщешь.
Василинка глядит на снегирей и жалеет их. И в тепле, и накормленные, и водичку свежую пьют, но отчего-то невеселые, хмурые, крылья опустили, ярко-красные грудки словно выцвели.

Тоня теперь нигде не бывает: как вышла замуж, словно за стеной очутилась. Малыш привязал ее, с места не сдвинешься. Свекровь отпускает Тоню только на работу, а так куда, в праздничный день — и не думай. Попросится к своим съездить — в ответ услышит: «Нечего понапрасну мучить коня. Пусть лучше от работы отдохнет».
Тоня жалеет маму, жалеет Василинку. Не все им рассказывает о жизни за богатым мужем. В доме есть хлеб и к хлебу, но так наработаешься, что еда в горло не лезет. А еще…
— С немилым мужем жить, — со страданием в голосе говорила Тоня, — все равно что несоленый суп хлебать!..

Похолодев от волнения, стоит Василинка у покрытого кумачом стола. Стучит, едва не выпрыгивает из груди сердце. Учитель Иван Николаевич ведет комсомольское собрание.
— А сейчас ты, Василинка, расскажи свою биографию. Надо же и мне все знать о тебе.
«С чего бы начать?» — мучительно думает она, переминаясь с ноги на ногу.
— Смелей, смелей, — подбадривает Иван Николаевич.
— Ну, родилась я в семье железнодорожника. Ну, жила в городе… Ну, а после смерти отца несколько лет батрачила. Нынче живу дома…
— Хорошо, Василинка, только не надо начинать каждое предложение со слова «ну».
Василинкино лицо краснеет. Стыдно ей, хоть сквозь землю провались. А комсомольцы задают один за другим вопросы: и что она читает, и какую общественную работу ведет?
— Книжек нету в нашей деревне, — пытается хоть немного оправдаться Василинка, — а если бы и были, то хозяева ни за что не разрешили бы читать. А вот теперь, как вернулась домой, прочитала очень интересную книжку. Мне дал ее Федор и посоветовал читать вслух девушкам и парням. Я так и сделала. И все, кто был у нас в доме, внимательно слушали.
— А как называется книжка? — спросил учитель.
— Про Овода, — ответила Василинка.
— А кто написал эту интересную книжку?
Василинка не знала. Она не задумывалась о тех, кто пишет книги.
— Авторов книжек надо знать и почитать, они заслуживают этого, потому что отдают нам свой ум, знания и сердце, — сказал Иван Николаевич. — А ты, Василинка, продолжай читать своим друзьям интересные книжки. Это и будет твоей общественной обязанностью.
— Она это с радостью. Очень уж охоча до книжек, — воскликнул Петрок.
— Лучше нее никто в деревне читать не умеет.
От такой похвалы щеки у Василинки зарделись алым маком.
— Ну что ж, очень хорошо, — улыбнувшись, говорит учитель и протягивает Василинке книжку в серой обложке. — Будешь ее читать вслух комсомольцам.
Василинка внимательно разглядывает книжку. На обложке читает: «Политграмота». А учитель спрашивает:
— Скажи, Василинка, как будешь дальше жить?
— Хочу учиться.
Она не знала, где и как она будет учиться, но это было самое сердечное, самое заветное желание.


______________________________________________________________________________________

Сара Груэн.
Воды слонам!




Про бродячий цирк. Довольно грустно. Оценка 9. Фильм тоже отличный.


______________________________________________________________________________________

Сара Груэн
Уроки верховой езды
Время перемен




Околоконноспортивное. Всё у них там идёт не так, абсолютно всё! Что в первой книжке, что в продолжении. Да, Сара Груэн мастер сгущать краски. И не могу сказать, что прямо в восторге от всего этого. К тому же у главной героини совершенно отвязная дочь. Обычно книжные плохие подростки меня не раздражают, но эта цыпочка... Точнее, вокруг неё все скачут на цыпочках. Вот из-за неё оценка 5.
А ещё может из-за того, что эти книжки я не читала, а слушала... через авточтеца. Ну, вы представляете на что это похоже. С другой стороны привыкла и даже удобно...

[фразы]Если человечество постигнет катастрофа, мир достанется тараканам. И чертополоху.

К домашним делам я питала лишь мстительную ненависть. Я чувствовала себя в ловушке.

Я не желала общаться с мамочками по соседству, успешно заработав у них репутацию нахалки и индивидуалистки.
Я не могла заставить себя даже выучиться готовить…
Кончилось тем, что я решила сделать карьеру. Какую угодно, только чтобы вырваться из дому.


______________________________________________________________________________________

Жаклин Келли
Эволюция Кэлпурнии Тейт
Удивительный мир Кэлпурнии Тейт




Тут напротив совершенно очаровательная девочка. И продолжение ещё интереснее, чем начало! Оценка 10.

[цитаты]— Прости, червяк, — шепнула я. — Пойми, все ради Науки.
Червяк промолчал. Не похоже, что он услышал.
— В жестокости нет нужды, — сказал дедушка. — Старайся убивать по возможности гуманно, но так, чтобы не повредить внутренние строение.
— Как это сделать?
— Образец необходимо на несколько минут поместить в мензурку с десятипроцентным раствором спирта. Все, что нужно, ты найдешь в лаборатории. Когда дело будет сделано, мы приготовим лоток для препарирования.

— Теперь сделай разрез вдоль спины. Будь осторожна. Я разрезала червяка вдоль спины, разложила половинки и прикрепила булавками к воску — все по инструкции.
Мы начали с головы. Последовательно изучили глотку, зоб и желудок.
— У червей нет зубов, так что проглоченная пища накапливается в зобу. Сразу за ним расположен желудок, в нем мелкие песчинки — они перетирают пищу. Потом пища поступает в кишечник. Твой образец подсыхает, сбрызни его водой.
Я так и сделала.
— Дедушка, а он самец или самка?
— И то, и другое.
— Да ну? — я была поражена.
— Организм, содержащий и мужские, и женские органы, называется гермафродитом. Такое устройство совсем не редкость у цветов, моллюсков, слизней, улиток и других беспозвоночных.
Мы продолжали препарирование. Дедушка показал мне пять изгибов аорты — пять примитивных сердец, органы размножения, нервную цепочку и кишечник. Я убедилась, что дождевой червь — это просто длинная кишка, по которой перемещаются земля, перегнившие листья и навоз, а на выходе получается благоприятная для растений плодородная почва.


______________________________________________________________________________________

Наталья Мунц
Путешествие из Ленинграда в Москву с пересадками




Воспоминания художницы. Сентиментальные про дореволюционные годы, страшные про войну. Оценка 8.

[цитата]Молоко мы совсем не пили (впрочем, «пить молоко» там не говорили: молоко кушают, а не пьют) — итак, мы его не «кушали». Но нам хозяйка всегда предлагала сыворотки, и очень вежливо: «Угодно ли сывороточки?» (вместо того чтобы вылить её скотине). Мы пили её с наслаждением.
Обедали мы на потеху всей деревне на крыльце, выходящем прямо на деревенскую улицу, — за неимением «балкона». Занавесили чем-то и сидели эдак сбоку. Дачные замашки!
Сколько бы я ни наварила супу — в огромной кастрюле, — мы доедали всё всегда до конца. Оторваться не было сил!
И ещё к обеду мы приносили из ключа вкусную, особенную воду в Марьякином эмалированном кувшине. И тоже — пили и пили. А вот хлеба за этот месяц почти не было: где-то очень редко и мало я получала муку. И сделались у нас огромные животы — утюгом вперёд! И сделалась какая-то цинга, болячки у всех в уголках рта.
Когда сразу после нашего приезда мы мылись в избе, хозяйка смотрела на нас с ужасом. Потом мне говорили, что и не одна она — в окошки подглядывали другие бабы и рассказывали потом по всей деревне, как мы были страшны.
Эвакуированных в этой деревне почти не было, и называли они нас «выковыренными».



_____________________________________________________________________________________

Андрей Макаревич
Было, есть, будет…




Не фанатею, так что не предвзято. Понравилось. Там на самом деле сборник из нескольких книг. В среднем примерно 7 баллов. Нет, некоторые моменты прям очень-очень, но много чего пролистывала - где про биографию группы во всех подробностях...

Особенно мне понравилось, как всегда, про детство из «Всё ещё сам овца».

[обширные цитаты]Наша дверь вела не сразу в комнату, а сначала в узенький темный коридорчик. При всей его узости он еще был забит вешалками с пальто, какими-то сундуками и хламом. Освещался коридорчик тусклой-тусклой лампочкой, но до выключателя я не дотягивался, а окон в коридорчике, естественно, не было.
Я садился в темноте на сундук и боялся щуку.
Щука была нарисована в книжке «Русские народные сказки». Ее держал над прорубью русопятый Емеля, и была она жирная и зеленая, как гусеница. Глаз ее неприятно сверкал.

Ночью я просыпался оттого, что в комнате происходило страшное. На полукруглом подоконнике за моей головой шла таинственная жизнь. Во-первых, там обитали «огоньки» – маленькие существа, похожие на чаинки в стакане чая, если его размешать ложечкой. Они светились оранжевым светом, беззвучно роились над подоконником на фоне черного окна и иногда неожиданно небольшой стайкой перелетали ко мне на одеяло. Еще на этом подоконнике жили какие-то маленькие матросики – помню, что они были в матросской форме. Они надували небольшие цветные шарики, и у них там шел некий праздник. Они всегда гуляли сами с собой и подоконника не покидали – можно было, скосив глаза и затаив дыхание, наблюдать за их ночным весельем.
Это все были нестрашные обитатели. Но страшные таились рядом, и я это чувствовал. Они всегда входили через дверь и уходили через нее, причем я точно знал, что в нашей второй комнате они не задерживаются, а сразу идут через коридорчик в общий коридор и куда-то дальше. Самый страшный был маленький и очень толстый усатый дядька в красной турецкой шапочке – Тартарен из Тараскона с обложки одноименной книги. Он приходил искать меня, и вот тут-то надо было замереть, не дыша, и не дай бог, если руки остались поверх одеяла. Я замирал, жители подоконника меня не выдавали, и дядька в конце концов уходил, переваливаясь, недовольный. Какое это было облегчение!

Являлась еще соседка баба Лена (не сама она, конечно, а ведьмино ее воплощение). Эта находила меня безошибочно и норовила лечь на меня поверх одеяла, чтобы придушить. Я делал движение, задыхаясь, и она беззвучно соскальзывала с моей кровати и исчезала в дверях. При этом далекий хор пел что-то вроде «Старушка ушла». Я даже знал ее имя: ее звали Старая Яга Календа. Помню, меня очень интересовало, выдаст ли баба Лена себя наутро каким-нибудь неосторожным взглядом. Но наутро она, как правило, не появлялась, кашляла за стеной.
Однажды, проснувшись утром, довольно долго видел перед собой овальный портрет медведя на ярко-зеленом фоне в богатой золотой раме. Портрет висел в воздухе минут пять и, когда проснулись родители, неохотно растаял.
Все эти ночные чудеса не имели никакого отношения к снам – я бодрствовал, находился в полном сознании и мог, например, разбудить родителей. Я просто понимал, что делать этого ни в коем случае нельзя. Двери в другой мир, которые кто-то приоткрывал для меня, могли захлопнуться с непредсказуемыми последствиями, и я это очень хорошо чувствовал.

Впрочем, если было нужно, эти ночные соседи легко путешествовали в мои сны и обратно. Однажды, когда я болел ангиной (за этим занятием я провел большую часть детских лет), мне приснилось, что я в пижаме сижу на краю стола, передо мной стоят мама с папой и требуют, чтобы я ел мед из пол-литровой банки. В банке сидит маленький чертик, но я, как обычно, не имею права сообщить об этом родителям. Я могу только до последнего момента препятствовать тому, чтобы банку открыли. Так как предлоги мои совершенно неубедительны, банку в конце концов открывают, и чертик молниеносно прыгает ко мне за воротник, скатывается под пижамой вниз и больно кусает в ногу. От своего крика я просыпаюсь, прибегают из соседней комнаты родители, и на моей ноге довольно долго потом держится укус с четкими отпечатками маленьких зубов.

Кстати, совсем необязательно нужна была ночь, чтобы увидеть скрытое. Если я глядел не мигая какое-то время на свет (скажем, на небо), то начинал видеть, что воздушное пространство состоит из великого множества крохотных прозрачных шариков, которые носятся туда-сюда, как молекулы под микроскопом (ни о каких молекулах я еще слыхом не слыхивал), и я точно знал, что это тоже живые существа.
Я мог бы вспомнить множество таких историй. Но вот что мне интересно сейчас. Никогда это не были покойники, привидения или, скажем, наоборот – ангелы в белых одеждах. Это были жители близкого нам параллельного мира – мира эльфов, троллей и домовых, и, видимо, на этом отрезке жизни мне было дозволено иногда видеть их и слышать их голоса.


Ну и всякое такое философское и наблюдательническое.

[цитаты]Кстати, проведя некоторое время в поисках определения счастья и не удовлетворившись ни одним из прочитанных, я вывел свое собственное:
Счастье – это то, что нельзя запланировать
Еще можно рассматривать жизнь как последовательную цепь разочарований.

В детстве кажется, что вот среди твоих сверстников есть умные и дураки, а взрослые – умные все. Просто не можешь представить себе взрослого дурака.

С годами, постепенно перебираясь в стан взрослых, с ужасом понимаешь, что тут-то дураков гораздо больше.
Ну на самом деле соотношение практически такое же. Дурак – не возрастная категория.

Принято считать, что по тому, как женщина танцует, можно определить, какая она в постели. Это, оказывается, не так. По тому, как женщина танцует, можно определить лишь, что она о себе думает. Думает она, как правило, совершенную ерунду.

Когда заранее знаешь, как все будет хорошо, уже не так хорошо. Элемент внезапности – необходимое условие счастья.

Когда-то, еще давно, я вывел для себя определение, по которому человека можно отнести к старым. Старый человек тот, кто перестает воспринимать и начинает вспоминать.

Вообще надо было очень сильно ненавидеть человека, чтобы придумать во всех деталях гостиницу советских времен. Отголоски этой ненависти я наблюдаю до сих пор – если номер двухкомнатный (так называемый полулюкс), то непременно телефон и телевизор будут стоять в одной комнате, а кровать – в другой. Ну какой идиот смотрит телевизор, сидя на стуле?


"Вначале был звук" дельная вещь!

[цитата]А текст – это отнюдь не стихи второго сорта: это составляющая часть песни, и цельным произведением уже будет песня – удивительный гибрид слова и мелодии, и, будучи из этой песни вынутым и представленным в виде стихотворения, текст в отрыве от своей мелодии будет выглядеть несовершенным.


Там такие картиночки, как будто специально для таких профанов в этой области, как я:

[сканы с телефона]



Ну и ещё вот такие с картиночками Макара рассказы... и котеги.
[сканы]





_____________________________________________________________________________________

Ренсом Риггз
Дом странных детей
Город пустых
Библиотека душ




В целом вся история показалась... довольно пустой. Сплошной экшен, беготня, безо всякой философской подоплёки. Особенно в двух продолжениях по нарастающей. Непродуманно как-то что ли. Оценка 4. Возможно, авточтец тому виной. Часто задумывалась о своём и теряла нить повествования. А фильм хороший, в чём-то даже лучше книги. Иллюстрации шикарные, вообще весь видеоряд, если рассматривать фильм как картинку. Интересно, что по фильму, чтобы всё сходилось, тоже сделали книгу и продают:)

[цитаты]
— Это потому, что истинное назначение денег — манипулировать людьми и заставлять их чувствовать, что они хуже тебя.
— Я не вполне в этом уверена, — покачала головой Эмма.
— Да шучу я, шучу, — успокоил ее Гораций. — Конечно же, они нужны для того, чтобы покупать одежду.

— Ну хорошо, тогда сообщи мне три факта, которых я о тебе не знаю. Но только мрачные тайны, пожалуйста. Я тебя слушаю.
Я принялся ломать голову в поисках любопытных фактов о себе, но сумел вспомнить только те, рассказывать о которых мне было стыдно.

— Ладно, если вы настаиваете…, — Шэрон издал длинный вздох человека, погрузившегося в теплую ванну, и потер обветренные руки, как будто одна мысль об этом доставляла ему удовольствие. — Гадкие вещи. Ужасные вещи. Гнусные вещи. Все что душа пожелает, при условии, что вы любите все гадкое, ужасное и гнусное. Я часто мечтаю о том, что однажды отложу свое весло и отправлюсь туда на покой, возможно, открою небольшую скотобойню на Склизкой улице.

— Наблюдать, как совершаются исторические злодеяния безопаснее, когда их участники не могут увидеть тебя в ответ, — ответил он. — Я же не могу позволить, чтобы моих клиентов захватили налетчики викингов? Представьте, какие будут рецензии!



_____________________________________________________________________________________

Грегори Дэвид Робертс
Шантарам
Тень горы




Рецензий не читала, но судя по рекламным высказываниям известных персон на обложках, там было много восторженных. Другие мнения наверняка тоже есть.
Здоровые тяжеловесные тома, не вдруг и осилишь. Я смогла. Оценка 8.
Много всякой философии, но я это как раз люблю.

[цитаты из ]Источник всего сущего – свет – может проявляться по-разному, и проявлений этих намного больше, чем звезд во Вселенной, поверьте. Порой всего лишь одной доброй мысли довольно, чтобы твой свет воссиял. В то же время один лишь неверный поступок способен испепелить заповедный лес в твоей душе, так что для тебя померкнет сияние всех звезд под всеми небесами.

Варианты действий, которые мы выбираем, являются ветвями на гигантском дереве возможностей.

Конечно, хорошая порция злости может иной раз пригодиться в порядке защитной реакции, но я знаю, что врата цинизма непроходимы для светлых воспоминаний. А я дорожу своими воспоминаниями.

– Я поддерживаю ваше право творить и демонстрировать публике свои творения, но считаю, что право неотделимо от ответственности и что ответственный художник не должен во имя искусства оскорблять и травмировать чувства других людей. Во имя истины, пожалуй. Во имя справедливости и свободы, согласен. Но не ради одного только самовыражения.

Юношеская целеустремленность и юношеское упрямство – величайшие силы из всех, какими нам случается обладать в этой жизни.

«Религия похожа на затянувшийся конкурс шляпников по созданию самой дурацкой шляпы».

Не важно, что ты делал и кем ты был. И даже кем ты являешься сейчас. Важно только то, кем ты стремишься стать.

Все сотворенное нами в этой жизни сохраняется внутри нас еще долгое время после того, как наши амбиции и страхи покроются пеплом и инеем на каких-нибудь забытых берегах. Теми, какие мы есть, нас в первую очередь делают наши поступки, а не наши мысли или слова.

У меня не было никаких проблем в семье. Ничего подобного. Мои предки отличные люди, можешь поверить. Вся беда только во мне самой. Я ходячее недоразумение, и ты это знаешь.




_____________________________________________________________________________________

Мария Гиппенрейтер.
Бегство к себе. Жизнь подростка




Замечательнейшая книжка. Ещё и с картинками! Поставила бы 10+, но уж больно быстро закончилась. 10 из 10.



[цитаты]Закончив школу, я почувствовала необыкновенную свободу. Теперь я смогу наконец осуществить свою мечту – уехать из Москвы куда-нибудь далеко и жить в лесу в избушке.

Еще я сказала себе и всем, что никогда больше не сяду за учебники. С меня хватило школы.

Весной, еще до окончания учебного года, по совету одного знакомого я написала письмо в Баргузинский заповедник на Байкале. В письме рассказала немножко о себе: что я только что закончила школу и хочу приехать в заповедник. Не найдется ли для меня какая-нибудь работа? Согласна на любую. В конце мая я, к великой радости, получила ответ (видимо, сработала фамилия – фотоочерки отца о природе печатались во многих изданиях и были хорошо известны). В письме говорилось, что есть ставки пожарного сторожа и лесника-радиста, и что нужно привезти с собой только самое необходимое. Я попросила у родителей денег на билет в одну сторону, сказав, что на обратную дорогу сама заработаю, собрала рюкзак и отправилась в путь – мой первый дальний самостоятельный путь.


И ещё вот:

Метки: ,
Интересный обзор! "Теперь я смогу наконец осуществить свою мечту – уехать из Москвы куда-нибудь " - неожиданно, в основном все рвутся в "нерезиновую") А книги Марии Брикер читали? Детективы, написанные с юмором, недавно для себя открыла автора.
А какие развивающие книги Вы бы порекомендовали? Я вот как раз нахожусь на стадии составления списка для прочтения. Что-нибудь историческое, или о других странах и цивилизациях, или о мире в целом, да что угодно, но для расширения кругозора, не только художественный вымысел?
Эммм... Если совсем масштабно развивающие, в рамках Вселенной - наверно Хокинг:))
Про природу и другие страны очень нравится как Владимир Динец пишет. Забыла, кстати, в отчёт включить "Песни драконов".
Исторические у меня обычно отправляются в папку НИАСИЛЕНО. Одну только читала и перечитывала - "Мы славяне" Марии Семёновой. Но это давно было, во времена фанатения от её Волкодава.
Хокинг, конечно же, перечитан и переслушан, но можно и повторить, так как многие вещи со временем забываются. Владимира Динца не знаю, надо поискать. А Радзинского Вы не читали? Это, как раз, исторические и читаются легко.